Сегодня:  
Мы в соцсетях
СелНовости
Архив статейКультура Андрей Краско: «Я не мог развестись 24 года...»

Андрей Краско: «Я не мог развестись 24 года...»

«Олигарх», «72 метра», «Брежнев», «Гибель империи», «Турецкий гамбит»... Сегодня, кажется, трудно представить громкую премьеру без Андрея Краско. Точно так же, как представить, что еще не так давно - в период российского кинозастоя - он подрабатывал шофером на «Ленфильме», портняжил, калымил извозом, подвизался на кладбище. Сегодня режиссеры его просто разрывают на части. А уж зрители...

- Андрей, первым фильмом, в котором вы снялись в 1979 году, был...

- «Личное свидание» - режиссерская работа Леши Лебедева, сына знаменитого актера Евгения Лебедева. Это был его дебют и мой дебют. Меня Леше порекомендовала Динара Асанова. Мы незадолго до этого с ней познакомились, и вообще все, что связано с кино, я от нее узнал. Дальше я должен был сниматься у нее в «Пацанах», в роли «плохого» преподавателя. Но меня забрали в армию... внезапно.

- Не поздновато ли было идти в армию?

- Поздновато, я тогда уже к 27 годам подбирался. Причем, как потом выяснилось, надел форму «благодаря» зятю Брежнева генералу Чурбанову.

- Как это?

- В питерском театре имени Ленинского комсомола, где я тогда работал, шел спектакль «Кукарача» по повести Нодара Думбадзе. Я играл милиционера Кукарачу. А поскольку уже лет двадцать ничего, кроме Анискина, про милицейскую жизнь не ставилось, Чурбанов дал распоряжение своим подчиненным посмотреть спектакль и доложить. Потом появился приказ за его подписью. Дескать, такие-то и такие-то генералы посмотрели... Дальше очень смешно было написано: «Образ участкового Орджоникидзевского райотдела милиции города Тбилиси Георгия Тушурашвили по прозвищу Кукарача (А. Краско) не соответствует моральному облику советского милиционера, его поступки не отвечают нормам поведения бойцов правопорядка». В общем, я крайний оказался: Думбадзе они ничего не могли сделать, а меня быстро взяли «под ружье» и отправили в строевую часть на Крайний Север. Даже дурдом не помог...

- А туда-то вы как попали?

- Первый раз - еще когда учился в институте, потому что депрессия у меня была. Просто развелся с первой женой, ну и... Меня засунули в больницу. Врачи написали заключение: «Склонен к депрессиям - категорически не рекомендуется для призыва в армию в этом году». Но тогда брали всех. Это был 1983 год - в разгаре Афган, сами понимаете...

Пока я был в армии, умер Геннадий Михайлович Опорков - главный режиссер театра, где я работал, умерла Динара Асанова, которая, как я потом узнал из ее книжки, планировала меня снять в трех или четырех картинах.

- Расскажите, чем вы занимались лет 15 назад, когда ролей не было?

- Меня двенадцать лет не брали ни в один театр. Да и работы не было ни в кино, ни на телевидении. Все так жили, не я один. Бомбил, продавал книжки, куртки шил, вел дискотеки... И честно скажу: об этом совершенно не жалею. Это же колоссальный жизненный опыт!

- Говорят, вы еще цемент месили на кладбище...

- Цветники на могилах делал, оградки. На кладбище это называется «работать негром». Жить же надо было. А там деньги давали сразу - от выработки. Каждый день хватало и на водку, и на остальное... Еще был интересный момент в моей жизни, когда в начале 90-х приятель уговорил меня поехать во Владивосток - гонять в Питер вагоны с ширпотребом. Там оказались очень умные ребята: они пустили по кабельному телевидению два фильма с моим участием, в результате, куда бы я ни приходил, меня узнавали и многие вопросы решались. Я приходил «на стрелку» с презентами - в большой сумке джинсы, кроссовки, палка копченой колбасы, бутылка шампанского и деньги. Если переговоры проходили успешно «без сумки» и вагон шел, все ее содержимое я мог оставить себе. Обычно так и было.

- Говорят, вас не брали в театры из-за вспыльчивого характера.

- Я не скандалист, просто позволял себе говорить то, что другие почему-то не решались. Вот и все. Например, на открытом комсомольском собрании очень долго рассуждали о том, что надо поднимать идейный уровень спектаклей, совершенствовать профессиональное мастерство. Я встал и спросил: «Скажите, пожалуйста, как вы собираетесь поднимать идейный уровень спектакля «Гамлет»? И потом, профессиональное мастерство зависит от таланта. Талант или есть, или нет и не будет». Ну я там еще одно слово употребил, не совсем цензурное. Конечно, присутствовавшие партийные деятели просто офигели. После этого Геннадий Михайлович Опорков меня навсегда освободил от всех собраний в театре...

- Это правда, что много лет назад вы оказались в состоянии клинической смерти?

- Было. Комок страстей. Девушка. Ревность, и как итог - кухонный нож. Эта история была году в 90-м. Я просто умер... на четыре минуты.

- Ничего себе! Не расскажете, что там произошло, из-за чего?

- Не-а...

- Грустная история...

- Как сказать - грустная? Зато на том свете побывал.

- И как впечатления?

- Сначала темнота, а впереди свет, потом тормоз, и думаешь: «Все успел сделать или не все»? Хорошо помню ощущение: еще один шаг - и там уже никаких проблем. Ни-че-го. Только спокойствие и тишина... Мне повезло, в больнице оказались военные хирурги из Афгана, вытащили меня с того света.

- Популярность к вам пришла после выхода фильма «Агент национальной безопасности». Слышал, что у вас не было денег, чтобы поехать на съемки...

- Ну да. Когда звонили со студии, я спрашивал: «А жетоны туда и обратно оплатите?» Зашел к соседям, взял денег на метро. Между прочим, роль Андрюхи Краснова была написана сценаристами специально для меня.

- После этого стали разрывать на части поклонницы?

- У меня первые поклонницы в томском театре появились. Там в городе было три кинотеатра, два театра и штук шесть ресторанов. Вечером мы играли спектакль, а потом давали шороху в увеселительных заведениях. Поэтому одни нас знали по кабакам, а другие по театру, но знал весь город. Там были всякие поклонницы, и сумасшедшие тоже. А сейчас меня любят в основном домохозяйки. Особенно за «Агента». Может, такого же мужа, как я, хотят? (Смеется.) А вот за «Блокпост» любят ОМОН и СОБР. Там я свой человек.

- Вы практически не рассказываете о своей личной жизни. Где-то обмолвились только, что ваша вторая жена живет с вашим сыном в Польше. Закономерный вопрос: если это вторая, то сколько их всего?

- Расписывался я два раза... пока, то есть официально был женат дважды. А неофициальных жен, если честно, не считал и никому про них не говорю. С первой женой прожил полгода, потом развелся. Старший сын Иван - от второй жены. «Ребенку» уже 25 лет, живет он в Польше. А младшего зовут Кирилл. Он от гражданской жены.

- Совсем запутался в ваших женах...

- Второй раз я женился, когда учился на четвертом курсе, и только для того, чтобы наш сын Ванька мог приезжать ко мне из Польши в СССР. С его мамой, полькой, мы учились вместе в театральном (правда, с разницей в четыре года, но у одного мастера). А сейчас она пошла по стопам своей матери, известного в Польше звукорежиссера, которая делала почти все фильмы Вайды и записала практически все альбомы Анны Герман (с ней они вообще были ближайшими подругами) и Марыли Радович...

- Вы так быстро разводитесь. А как же любовь?

- Была... Только она уехала скоро в Польшу - и все. Там и родила.

- Так в данный момент вы состоите в браке?

- Нет. Я как раз недавно развелся. Не могли развестись 24 года, потому что она ленивая и... мне некогда. А у нас в суде очень большие очереди. Но знакомый юрист по имени Лена совершила маленькое чудо - развела нас за неделю. Направила запрос в Польшу, получила ответ...

- Вы не замечены на презентациях, не ездите на фестивали. Принципиально не посещаете кинотусовки?

- Хожу только туда, где свои, и то желательно, чтобы там было поменьше народу. Толпа для меня - явление невыносимое. Очень плохо себя чувствую. Однажды меня посадили в яму на рок-концерте, но после того как на мою голову упал первый бюстгальтер, я оттуда вылез, пришел за кулисы и сказал: «Нет, ребята, извините, этот грохот, эта потная публика, эти бюстгальтеры...» В общем, предпочитаю общаться с индивидуальностями, а не с толпой.

- Кого вы считаете своими - друзей, коллег по съемочной площадке?

- Свои это... свои. Скажем, вот недавно снимался в Армении, так практически со всей съемочной группой подружился. Они для меня все свои, родные.

- То есть вы сходитесь с людьми легко?

- Нет, приглядываюсь некоторое время.

- Вы говорите о себе: «Я достаточно тяжелый человек по жизни, зануда». А вредные привычки у вас есть?

- Сколько угодно! Курю. Если начинаю выпивать, то пью много.

- Интересно, а какой вы, когда навеселе?

- Если гулянка длится несколько суток, то сначала веселый, потом мрачный, а потом мертвый практически. Это не интересно, потому что запойные люди все сами знают, а незапойные не поймут. Я - запойный. Даже по телевизору признался, что я алкоголик. Просто есть алкоголики, которые не пьют. В силу разных причин. Я же не пью, когда работаю.

- Диагноз «склонен к депрессиям» - это правда?

- Бывает иногда... Раз двенадцать в год по неделе. Но я скорее «русский оптимист», знаете? Когда очень плохо, не расстраиваюсь - наверняка будет еще хуже... А из депрессии выхожу так: встретился с любимой девушкой - и вышел. - А если эта девушка не помогла, то к другой?..

- Да нет, я не ловелас, хотя женщин люблю. Не могу так: день встретились - и разбежались. Как-то меня всегда тянет на более длительные отношения.

- Какие женщины вам нравятся?

- Не нравятся глупые, а нравятся умные и женственные.

- То есть женщине вовсе не обязательно иметь длинные ноги, внешность Мэрилин Монро и восьмой размер бюста?

- Совсем не обязательно. А восьмой размер просто лучше не иметь...

- Вы много снимаетесь, но как-то не замечены в любовных мелодрамах с классическим треугольником.

- Какой же из меня герой-любовник? Мне обычно предлагают очень суровых людей играть или, наоборот, в комических дуэтах.

- А самому что ближе по духу?

- Что касается «хорошие-плохие» - это же все относительно. Может, он маму очень любит, а девушек душит на улице. Лично мне отрицательных героев играть интереснее.

- На вопрос, есть ли у вас работы, за которые вам стыдно, вы ответили: «Да почти все!» Назовите те, которыми гордитесь.

- Не знаю, как насчет гордиться, но действительно есть работы, за которые не стыдно. Я все равно знаю, что там можно было сделать по-другому, лучше. Но могу сказать, что мне не стыдно за «Блокпост», за «72 метра», за «Гибель империи». В общем, мне, честно говоря, и за «Агента» совсем не стыдно. Есть артисты, которые раньше говорили: «Как можно в сериалах сниматься?» Это все потому, что их не зовут.

- Андрей, и последний вопрос. У вас есть роль, о которой вы мечтаете? Как раньше говорили: «Сыграть Гамлета - и умереть...»

- Сразу отвечаю: играть Гамлета я никогда не хотел. Хотел сыграть Лопахина в «Вишневом саде», очень хотел сыграть Зилова в «Утиной охоте». Но уже поздно - возраст. А что касается перспективы, то есть одна роль в «Преступлении и наказании»... Но не Раскольникова.

- Но и не старухи-процентщицы?

- Топора... Шутка.

Автор: Андрей Колобаев

Поделиться

Отзывы

Комментариев к статье нет!

Другие публикации

Основы религии в школе: как это будет
Искусство пэчворк
Великий пост: что можно и чего нельзя
Букет цветов от "Валенсоль"
Демантоид: подобный диаманту