Сегодня:  
Мы в соцсетях
СелНовости
Архив статейОбщество Избиение детей в приемных семьях

Избиение детей в приемных семьях

Обычная совсем история?

Двухлетняя Вика: "Меня били дядя и тетя". Это можно назвать кошмаром наяву: май не успел начаться, а уже стало известно сразу о нескольких случаях жестокого обращения с детьми. Издевательства происходят и в неблагополучных семьях, и в домах-интернатах, куда попадают дети из этих семей. Дорогой в ад может обернуться даже усыновление и установление опекунства. Третьего мая в больницу города Кимры Тверской области доставили двухлетнюю Вику. Ее вид шокировал даже видавших виды докторов: лицо — сплошной синяк, все тело в синяках и царапинах. На вопрос, кто ей сделал больно, ребенок ответил: "Дядя и тетя".

Мать малышки лишили родительских прав, и прошлой осенью над ней установила опекунство Татьяна Евдокимова. Будущая опекунша приезжала в ту же детскую больницу, где в то время находился ребенок, привозила игрушки. Сомнений ее кандидатура не вызывала: благополучная женщина, с высоким достатком, с высшим образованием. Примерно месяц назад в отдел опеки Кимр опекунша привозила фотографии, показала видеозапись, чем занимается Вика, когда отдыхает, как проводит праздники и выходные. И вдруг после такой благостной картинки опекунша жестоко избивает ребенка буквально до полусмерти. Более того — в больницу Вику доставляет гражданский муж опекунши и оставляет там просто со свидетельством о рождении и парой вещей.

Зайку бросила хозяйка

Подобные случаи на российских просторах стали происходить просто с пугающей частотой. У всех на слуху трагедия Глеба Агеева, которого избивала приемная мать. Прокуратура по факту избиения возбудила уголовное дело, мальчика поместили в больницу. При этом отца, которого мальчик ни в чем не обвинял, уволили из банка, где он работал, и публично осудили на заседании общественной палаты.

Будущие родители познакомились с Глебом в доме ребенка. По месту своей прописки кандидаты в усыновители оформили все необходимые документы: справки об отсутствии судимости, о материальном положении, о состоянии здоровья. А вот информацию о трагической гибели родного сына Агеевых почему-то ни суд, ни органы опеки не посчитали важной. Формально органы опеки упрекнуть не в чем: заключение о том, что человек может быть усыновителем, дается на основании предоставленных документов. Ни психологическое тестирование, ни собеседование законом не предусмотрены. Отказать только потому, что человек не понравился, сотрудники отдела опеки не имеют права.

После усыновления органы опеки обязаны три года контролировать жизнь ребенка в новой семье. Но Агеевы построили коттедж в Подмосковье, и их документы переправили по новому месту жительства. Получилось, что одни люди ребенка в семью отдавали, другие — документы проверяли, а контролировать должны были третьи. То есть ребенок как таковой никого не интересовал. Главное — были бы бумаги в порядке. Усыновлением занимается множество инстанций, вплоть до суда, но конкретно за результаты усыновления никто не отвечает.

В Екатеринбурге трехлетняя Алина попала в реанимацию прямо из приемной семьи. Девочку периодически избивала мама. Судебное разбирательство продолжается уже год, а девочка учится жить без страха - уже в детском доме. Людмилу Пересмехину долго ставили в пример всему Нижнему Тагилу. Людмила взяла семерых ребятишек из интерната и получила от города две квартиры. Но через несколько лет неожиданно вернула приемных детей обратно. "Я дала им все, что могла", — не стесняясь, заявила горе-усыновительница.

Родители, идите в школу!

В России соседи обычно не вмешиваются в семейные ссоры. Если за стеной рыдает ребенок, никто не побежит вызывать милицейский наряд. Что до органов опеки, то без разрешения хозяев они даже не могут войти в квартиру. Да и сколько их, сотрудников органов опеки? В муниципалитете "Гольяново", где усыновителей Глеба Агеева ставили на учет, на 150 тысяч жителей — всего 11 сотрудниц. Все — женщины. Этот дикий случай — первый за полтора десятилетия в их практике.

Сейчас в муниципалитете лежат новые заявления от желающих взять в свою семью ребенка из детдома. Теперь всех кандидатов на доброе дело будут рассматривать разве что не под лупой. Но поможет ли это избежать новых трагедий?

Между тем, не надо выдумывать велосипед и изобретать новые препоны для приемных родителей. Выход есть, он давно известен — во многих местах уже работают школы будущих родителей. Желающим взять под свое крыло сироту психологи, юристы, медики рассказывают об особенностях здоровья и поведения таких детей, учат, как преодолевать возникающие трудности. И после того, как семья возьмет ребенка, не порывают с ней связи. Опыт хорошо себя зарекомендовал, но обязательным посещение таких школ не является. Будущие опекуны и родители порой даже понятия не имеют, с какими трудностями им придется столкнуться. То, что воспитывать приемного ребенка очень тяжелая работа, они понимают только тогда, когда разгорается нешуточный конфликт или происходит трагедия.

Избившей двухлетнюю Вику Татьяне Евдокимовой пока грозит обвинение в нанесении побоев, не повлекших вреда здоровью. Следствие только набирает обороты. Дальнейшая судьба девочки пока, похоже, мало кого волнует. Как скажется психологическая травма на будущем Вики, сможет ли девочка залечить не только физические, но и душевные раны? И главное — сможем ли мы создать такие условия, чтобы подобных трагедий больше не было? Пока эти вопросы остаются без ответа. Впрочем, суды уже ужесточают требования к будущим усыновителям, требуют все новых и новых бумаг. Человеческие же качества по-прежнему остаются за кадром.

Автор: Светлана Любошиц

Поделиться

Отзывы

Комментариев к статье нет!

Другие публикации

Правила безопасного отдыха с детьми
Адаптация пенсионера в обществе
Как родить ребенка-гения?
Как воспитать у ребенка трудолюбие?
Как детям и родителям ужиться вместе