Сегодня:  
Мы в соцсетях
СелНовости
Архив статейОбщество Вместе. Отношение к ВИЧ-инфицированным

Вместе. Отношение к ВИЧ-инфицированным

Из журнала "Сельская новь" № 4, апрель 2005 г.

В небольшой городок, что находится в самом центре России, привело меня письмо, присланное в редакцию. Письмо было сбивчивое, торопливое. В нем чувствовались боль, отчаяние и какая-то недоговоренность ...

Дверь мне открыла симпатичная девушка лет двадцати трех. Худенькая, с короткой мальчишеской стрижкой.

Мы просидели на кухне всю ночь. То, что я узнала, потрясло меня и на многое заставило взглянуть по-другому.

Вера росла в хорошей, дружной семье. Мама с папой работали на заводе, а они с младшей сестрой Надей ходили в школу, занимались музыкой.

Пришло время, и Вера влюбилась. Вадим жил (да и сейчас живет) на соседней улице. Из нежной юношеской любви-дружбы отношения плавно перешли во взрослую любовь. Уже позади была школа, но хотелось покрепче встать на ноги. Вадим учился, а Вера пошла работать.

В отличие от старых родительских времен, уже никто не показывал пальцем на молодых людей, живущих вместе до брака. Вера с Вадимом часто обсуждали свое будущее и решили подождать и со свадьбой, и с рождением ребенка.

Беда подкралась неожиданно. В начале зимы Вадим стал часто болеть. Температура то подскакивала, то падала. Он ослаб. Испарина на лбу стала привычной. Вначале думали, что он очень устает на работе, выматывает дорога. Вот отдохнет недельку - и все будет в порядке. Но здоровье и силы не возвращались. Кто-то из друзей пошутил: «Да не СПИД ли в тебе спит?» Все посмеялись, но мысль запала в душу. Вадим сказал Вере, что хочет пойти к врачу.

- Конечно, сходи, сдай анализы. Может, гемоглобин упал, надо витамины поколоть...
 
- А если что похуже? - Да бог с тобой! О чем ты говоришь?
 
- А вдруг?

- Но ведь ты же не наркоман, не «голубой»... Ты же не в группе риска.

- Глупости! Могут быть и другие варианты.
 
Вера замерла.

- У тебя были другие женщины? Настала очередь Вадима оторопеть.
 
- Да при чем тут женщины?! Я разве об этом. Ну пишут же в газетах - зубной кабинет, уколы, переливание крови и так далее... Не знаю еще что!

Вера успокоилась.
 
- Ну, положим, зубы у тебя хорошие, а уколов ты не делал со школы. Но если тебе будет спокойнее, пойди и сдай анализ и на СПИД.

- Ты только никому ничего не говори, а я съезжу в Москву. Там, где-то на Соколиной горе можно сдать кровь анонимно...

Вскоре Вера забыла об этом разговоре. Виделись они с Вадимом почти каждый день. Самочувствие его было нестабильно. То, казалось, совсем здоров, то наваливалась слабость.
 
И вот однажды Вадим пропал. Он не приходил несколько дней, его мобильный телефон был отключен, а родители говорили, что он уехал в командировку. Сердце Веры как-то нехорошо заныло. Прошло еще несколько дней, и вдруг Вера узнала от знакомых (городок-то небольшой), что Вадим уже четвертый день «квасит» у кого-то на квартире. Она бросилась на поиски и нашла его, но в каком виде! Вадим, ее Вадим, который вообще не пил, был пьян в стельку!

На следующий день он пришел в себя, и Вера услышала страшную новость. Вадим сдал анализы и получил положительный результат на наличие ВИЧ-инфекции. Жизнь для него утратила всякий смысл. Вадим сказал, что они должны расстаться, что он теперь изгой и не может, не имеет права находиться рядом с нормальными людьми. Хлопнул дверью и ушел.

Вера даже не успела ничего возразить. Она промучилась всю ночь. Что делать? Она любит Вадима, жить без него не может, но и умирать не хотелось...

- И что же вы решили, Вера? - с замиранием сердца спросила я.

- А мне тогда вдруг пришла в голову «счастливая» мысль. Может, я уже тоже заражена СПИДом? Ведь мы с Вадимом давно живем вместе как муж и жена. И знаете, меня эта мысль не испугала. А даже обрадовала. Ну, значит, судьба. Ничего уж с этим не поделаешь. Зато мы с ним в одинаковом положении.

И Вера рванула в Москву сдавать анализы. Но оказалось, что у нее все в порядке. В душе бушевало смешанное чувство радости и отчаяния. Что же теперь делать?

- Вот этот вопрос меня и мучает, - тихо сказала Вера, доверчиво глядя мне в глаза. - Я вроде бы все решила, но мне не с кем посоветоваться. Если расскажу хоть одной подружке, об этом тут же узнает весь город. И тогда нам здесь не жить. А у меня старенькие родители. Им тоже нужна помощь, ведь сестра вышла замуж и уехала в другой город. Маме-то я рассказала. Мы поплакали и решили, что не можем, не имеем морального права бросить Вадима в беде.

И вот что я надумала. Вадим уйдет с работы и будет делать что-нибудь не очень тяжелое. Может, станет надомником. У него золотые руки. Мы будем жить здесь, у нас. Будем очень осторожны и аккуратны. Если мне суждено заразиться и умереть - что ж! Я люблю Вадима, люблю по-настоящему и хочу быть с ним вместе всю жизнь. Бросить его сейчас было бы подло...

- А что Вадим?

- Вадим... Мы с ним долго разговаривали. Он ни в какую не соглашался. Сначала плел чушь какую-то, что у него до меня была прорва женщин, даже вокзальных девок. Потом еще какую-то глупость. Я понимала: это он врал, чтобы меня отпугнуть. Но я сказала ему, что жить без него не буду.

- Поверил?

- Поверил. Я всегда выполняю свои обещания.

- А как вы полагаете, где же он мог подцепить эту заразу?

- Трудно сказать. Но мучает меня одна мысль. Два года тому назад мы ездили отдыхать. И мне там ужасно захотелось, чтобы Вадим сделал себе татуировку на руке. Она бы так пошла к его загару! Но только настоящую татушку, а не такую, которая через три дня смывается. Вадим не хотел. Но я настояла. Рука вспухла, долго болела, но потом все прошло. Желающих сделать наколку у этого парня было много, может, он и не менял иголку и не стерилизовал ее. Виню себя, но ведь прошлого не вернуть.
 
- А к врачам обращались?

- И да и нет. Сначала я нашла объявление в газете - целительница. Деньги отдали - толку нет. Я не хочу, чтобы Вадима официально ставили на учет, потому что, боюсь, мы тогда будем для окружающих как прокаженные. Но с врачами я говорила, много чего узнала, слежу за сообщениями о новых достижениях в борьбе со СПИДом. В общем, надежды я не теряю!

- Какая же вы сильная женщина!
 
- Нет, - впервые улыбнулась Вера. - Совсем не сильная. Я слабая. Не могу все держать в себе. Хочется кому-нибудь рассказать. Вот вы приехали - спасибо. Мне теперь легче.

- Но ведь я ничем не могу помочь.

- А вы уже помогли. Не отшатнулись, не убежали... Вот и чай пьете... Значит, у меня есть надежда, что люди нас примут такими, какие мы есть, и будут с нами общаться, даже если и узнают всю правду.

- Так вы абсолютно точно решили выйти за Вадима замуж?

- Да! Больше того, я узнала, что под наблюдением врачей можно будет даже родить ребенка.

- ?!!

- Но это очень сложный вопрос. Я могу решать свою собственную судьбу, но не имею права рисковать жизнью другого существа, пусть еще и не родившегося. Должна все знать наверняка, тогда... Но надежда есть!

- А за себя вы не боитесь?

- Нет. Это мой выбор, моя любовь, моя судьба. Буду рядом с Вадимом, что бы ни случилось.

Комментарий писателя Сергея Баймухаметова

В недрах Госдумы готовится закон «О порядке выезда из РФ и въезда в РФ». Среди прочего там есть положение о запрете въезда в страну ВИЧ-инфицированным иностранцам.

А как быть с нашими ВИЧ-инфицированными? Они ведь живут среди нас, и им не запретили еще выходить из дома. Зарубежная опасность в арифметическом выражении ничтожна. Не какая-нибудь Инострания, а Россия занимает первое место в мире по темпам роста ВИЧ-СПИДа. У нас на сегодняшний день 300 тысяч официально зарегистрированных носителей вируса. Чтобы получить реальную картину, эту цифру надо умножать, как минимум, на пять.

В России отношение к ВИЧ-инфицированным такое же, как к прокаженным. Мало что делается для их лечения, для их поддержания до того времени, когда будет найдено эффективное лекарство. Они живут как обычные люди, рожают детей. И вот здесь начинается, пожалуй, самое страшное. Статистика Москов-ского областного центра по борьбе со СПИДом показывает, что половина детей от ВИЧ-инфицированных рождается здоровыми. Но их до 18 месяцев держат в стационаре вместе с больными, делают инъекции. Не зная о том, что они здоровы. Существует методика определения, болен или заражен новорожденный. Но то ли она дорогая, то ли забот много, а потому дешевле и проще заразить младенца.

Ну а история, которую рассказала Вера, далеко не единственная. Недавно я работал в жюри всероссийского телевизионного конкурса и выдвинул на специальный приз фильм ростовской журналистки Вероники Богмы «Жизнь иначе». Помните, 16 лет назад врачи в Волгограде, Ростове-на-Дону и Элисте нестерильными инструментами заразили 260 детей в роддомах? Этот фильм о судьбе девочки - одной из зараженных. Тут все - и наша беспомощная медицина, и полная безответственность всего и всех, и страшная, но в то же время понятная дикость нравов в народе, в родном селе, где девочка стала изгоем, и благороднейшая работа нынешних ростовских врачей, пытающихся спасти маленьких людей, и великая самоотверженность матери, воспитывающей двух девочек - больную и здоровую. И наконец, деревенский парень, который полюбил отверженную девочку и сказал ей: «Я тебя никогда не брошу!»

Автор: Лия Позднякова, Калужская область

Поделиться

Отзывы

Комментариев к статье нет!

Другие публикации

Как воспитать из мальчика мужчину?
Влюбленная мама - семейная драма
Ваш досуг
Как испытывают детские лекарства?
Россиян опять перепишут